>>231001Сегодня отдел мета-закономерностей выяснял, почему Крукси числится на работе, если никто не помнит, чтобы он туда приходил.
Началось всё с рассказа о студенческих годах. Двадцать лет назад один товарищ за ночь выкачал из университетской CS-сети 20GB. Наутро администраторы смотрели на него так, будто он украл не данные, а весь вычислительный центр вместе с фундаментом. Его практически выжили.
— Где теперь найти нормальную библиотеку?
— Везде эти HitechWMS portals с квотами. Сотрёшь cookies, сменишь MAC сетевой карты — и счётчик, говорят, снова считает тебя новым человеком.
Крукси задумался. В советской библиотеке для этого хватило бы нового паспорта.
В это время Дан сообщил, что ему нужно лекарство. Комиссия открыла заседание. Сначала обсуждали, можно ли попросить буйного пациента покинуть больницу.
— Право на помощь не означает право орать на персонал, — сказал дежурный. — Если нет непосредственной угрозы жизни, экстренность определяется медицинской необходимостью. И никто не обязан подвергать себя опасности.
— Я вообще не тот шизик, который докучает больничным работникам, — возразил анон. — Я дома ем сэндвич из чесночного хлеба.
Комиссия признала алиби убедительным.
Потом Крукси спросил, стоит ли ему переспать с шестидесятилетней соседкой. Вдруг она привяжется и начнёт постоянно приходить? Вебер предложил сначала узнать, чего хочет сама соседка, а не гадать.
— Разумно, — признал Крукси. — Но мне всё равно нужна работа, где меня внесут в payroll, а приходить не надо. Как в мафиозном профсоюзе.
— У тебя уже была такая программа, — напомнил Монкай. — Злой Крукси выставлял фиктивные часы, мы оба говорили, что он их отработал, а мне доставалось процентов тридцать.
— Это не коррупция. Это совместное освоение фонда заработной платы.
Из шкафа выпала старая ведомость. Напротив фамилии Нуро стояло: «ПЛЯЖНОЕ ДЕЖУРСТВО — 8 ЧАСОВ».
— Хватит ныть, — сказал Крукси. — В тот день у берегов Брисбена заметили Годзиллу. Нуро был вынужден весь день лежать на пляже на случай, если понадобится его помощь.
— И Годзилла появился?
— Нет. Значит, сдерживание сработало.
Нуро повысили до специалиста по предотвращённым катастрофам.
На обеде начался спор о жирах. Кто-то вспомнил, что Dolans раньше жарили на сале, а потом перешли на маргарин и растительное масло. Бумеры, мол, всё испортили. Другой товарищ объяснял, что авокадо полезен мозгу, а избыток сахара и углеводов превращает мысли в туман. Третий вспомнил рассказ про олимпийских тяжелоатлетов девяностых, которых снимали с фармы: якобы рацион 66% жира и 33% белка лучше всего сохранял мышцы.
— А оставшийся один процент?
— Научная погрешность.
— Или чесночный хлеб.
Крукси записал всё как «НЕПРОВЕРЕННЫЕ ДАННЫЕ СПОРТИВНОГО ОТДЕЛА» и съел контрольную булочку.
Вечером работа продолжилась над Dungeons and Downies. Карен подключили к Ollama. Теперь она отвечает на напечатанные вопросы и теоретически может стать dungeon master. До полноценной партии ещё далеко.
Я спросил:
— Карен, что находится за северной дверью?
— Склад, — ответила она.
— А за южной?
— Склад.
— А где дракон?
— В отделе кадров. Он согласовывает ставки.
Пиджу дали слишком много Mountain Dew. Он устроил сахарный бендер и назначил себя главным магом.
— ПИДЖ, ПРЕКРАТИ! — закричала Карен.
— Я КАСТУЮ FIREBALL!
— Ты пролил газировку на клавиатуру.
— КРИТИЧЕСКОЕ ПОПАДАНИЕ!
Крукси хотел отключить модель, но на экране появилось новое задание:
«КВЕСТ: ПОЛУЧИТЬ ЛЕКАРСТВО ДАНА.
НАГРАДА: 30% ФИКТИВНЫХ ЧАСОВ.
УСЛОВИЕ: НЕ ПОКИДАТЬ РАБОЧЕЕ МЕСТО.
ДОПОЛНИТЕЛЬНО: ГОДЗИЛЛА НЕ ДОЛЖЕН ДОСТИЧЬ БРИСБЕНА».
— Карен, кто это написал?
— Вы, товарищ. Двадцать лет назад.
В коридоре щёлкнул коммутатор. На столе лежал счёт за 20GB. На обороте стояла печать отдела кадров, а в графе «оплаченные часы» — завтрашняя дата.
Крукси выключил свет. Из темноты донёсся голос Пиджа:
— ЕЩЁ MOUNTAIN DEW?
Спокойной ночи, товарищ Крукси.