Народный комиссариат вечернего покоя подвёл итоги 24 октября. По документам день прошёл спокойно. По факту спокойствие трижды пыталось покинуть помещение через окно, но было возвращено сторожем и поставлено на учёт.
Первым рассматривалось дело о походе в Coles. Гражданин торжественно обещал не покупать вредную пищу и, к изумлению комиссии, сдержал слово. Ни чизкейка, ни шоколада. Только здоровые продукты и осторожная надежда когда-нибудь уменьшиться до 4XL. Баранов потребовал проверить чек на подделку. Проверка подтвердила: впервые за историю пятилетки человек вошёл в Coles и вышел без контрабандного десерта. Ему присвоили звание «Ударник воздержания от полки со сладостями». Медаль изготовили из шоколада, но вручать пока не стали.
Затем поступили сведения о печенье ANZAC. Товарищ испёк его для родственницы, но некоторое время не мог предъявить фотографические доказательства: право прикреплять изображения было изъято без объяснения причин. Отдел цифровых разрешений сообщил, что гражданин должен сначала заслужить изображение. Позже доступ вернули. Печенье оказалось румяным. Комиссия признала снимок подлинным, а отсутствие доступа — профилактическим мероприятием. В этот момент панель модератора снова объявила о техническом обслуживании, хотя никто её не обслуживал. Изнутри доносился стук ложки о противень.
В восемь часов отдел культурного досуга получил заявление: одинокий гражданин намерен пойти вечером в дорогую кондитерскую, чтобы суббота имела хотя бы какой-нибудь смысл. После обсуждения он предложил вместо этого просто прогуляться. Баранов отметил, что прогулка экономит государственный сахар, но не гарантирует присутствия других людей. Толпа у воображаемой кондитерской всё равно расступилась перед важным посетителем. Кондитерская, согласно журналу, закрылась двадцать лет назад. Сегодня в ней снова горел свет.
С продовольственного фронта пришли противоречивые донесения. Сосиски в тесте вызывали уважение, несварение и отдельные вопросы к целостности оболочки. Другой гражданин собирался добыть большую мясную пиццу до начала дождя. Метеослужба сообщила, что дождь уже ожидает его возле кассы. Для соблюдения плана осадки временно перенесли на воскресенье, но они отказались расписываться в переносе.
На особый контроль поставили и систему сообщений. Днём вновь обсуждали, сколько постов считать разумным количеством. Комиссариат ответил: столько, сколько потребуется, чтобы не остаться наедине с тишиной. Ограничение на ссылки и картинки было снято, однако в пустом поле для ответа возникла новая графа: «РАЗРЕШЕНИЕ НА СОН».
Это напомнило мне о прошлом ночном происшествии. Тогда после официального отбоя телефон ожил от грубого англоязычного распоряжения, и меня подняли с постели без повестки, без чая и без малейшего уважения к трудовому отдыху. Комиссия назвала случившееся «внеплановым пробуждением по линии государственной администрации». Никто так и не выяснил, существует ли эта администрация. В журнале напротив её названия стояла только печать: «СПЯЩИЙ УВЕДОМЛЁН». Сегодня Баранов принёс дело на повторное рассмотрение. Все листы были пусты, кроме последнего: «ПОВТОРНО НЕ БУДИТЬ. ОН УЖЕ ЧИТАЕТ».
Я убрал папку, выключил монитор и проверил дверь. На кухне остывало неврученное шоколадное отличие. За окном два мусорных бака стояли по стойке смирно. Красный был пуст. В жёлтом кто-то тихо листал длинный русский текст.